Как живут инвалиды за границей?

Реабилитация инвалида на Западе и в России: личный опыт

Инвалидность — понятие растяжимое, кто-то приобретает ее в детстве, а кто-то уже в зрелом возрасте. Но в любом случае человек с инвалидностью нуждается в максимальном восстановлении своих возможностей. Однако реабилитация бывает разной.

Существует множество разнообразных ее вариантов: реабилитация музыкой и искусством, спортом, путем общения с друзьями, родными или с психологом. Многие такие программы помогают не менее, чем лечебные методы реабилитации.

Но как выбрать нужную программу инвалиду? Чем отличается реабилитация на Западе от российских реалий? И как правильно выполнять все упражнения лечебной физкультуры (ЛФК) и предписания врачей? Обо всем этом расскажет Ксения Рябова, паралимпиец и эксперт по иппотерапии.

Реабилитация и инвалидность

Реабилитация инвалидов существует с тех пор, как общество осознало ценность любой человеческой жизни.

Лекари Древнего мира, а позднее и Средневековья, замечали, что психически больные, изувеченные в войнах, быстрее восстанавливаются и приспосабливаются к обычной жизни при общении с кошками, собаками, лошадьми, и другими домашними животными.

Это наблюдение начали использовать в медицинских целях: в домах для инвалидов при монастырях и лазаретах содержали самых разных домашних и полудиких животных, за которыми ухаживали сами болящие.

И многие находили себя и постепенно забывали о своих проблемах, помогая в уходе за братьями нашими меньшими. Это были первые попытки трудовой реабилитации. Данный метод прошел сквозь столетия и сегодня активно используется во многих реабилитационных центрах и Домах инвалидов в Европе.

В России трудовая реабилитация тоже практиковалась до Великой октябрьской революции 1917-го года. В нынешнее время в нашей стране идет постепенно возвращение трудовой реабилитации инвалидов путем их общения с животными.

Две системы реабилитации: плюсы и минусы

Интеграция и реабилитация инвалидов — казалось бы, два разных понятия, однако они идут рядом, бок о бок. В странах бывшего Варшавского договора — в России, и на Западе — системы реабилитации и интеграции несколько отличаются. Давайте рассмотрим их поподробнее.

Западная система интеграции и реабилитации

Западная система интеграции и реабилитации состоит в том, что инвалид может, не делая лишних усилий, интегрироваться в общество. Вернее сказать, общество подстраивается под его нужды, заставляя инвалида принимать свои правила игры.

Хочешь учиться — учись, хочешь работать — работай, хочешь заниматься спортом — пожалуйста, тебе создадут все условия. Государство возьмет на себя заботу о твоем медицинском обслуживании, социальных и повседневных потребностях.

С детства, еще в школе, у инвалидов начинают развивать те навыки, которые им интересны и лучше всего получаются. Этот поход сохраняется во время учебы в университете, при устройстве на работу и т. п.

Тем, кто может жить самостоятельно, город выделяет квартиры и всячески помогает в быту. Те, кто не справляется с автономным существованием, живет в Домах инвалидов, условия в которых довольно сильно отличаются от российских. По отзывам побывавших в западных учреждениях для инвалидов, их можно сравнить с пятизвездочным отелем в экологическо-чистом месте.

Обычно в таком доме живут 10-12 инвалидов, и вместе с ними находятся от 5 до 8 человек персонала, включая директора с семьей, а также несколько приходящих сотрудников. При каждом таком доме есть 3-4 мастерских и свое хозяйство. Обитатели дома целый день чем-то заняты. Кто-то работает в мастерских, кто-то трудится, помогая на кухне, а некоторые ухаживают за животными.

Продукция, которую вырабатывают такие мастерские, будь то деревянная мебель для сада, или шелковые, расписанные вручную, шали, платки, постельное белье, охотно раскупается не только жителями близлежащих городков, но и приезжими со всей страны, бывают даже заказы из-за рубежа.

Инвалидам, как и обычным работникам, директор каждую неделю выдает деньги и вывозит их в магазин, где они покупают все, что им необходимо.

Обитателей западных Домов инвалидов учат приносить пользу обществу, быть самостоятельными, невзирая на свое непростое положение. На выходных к ним приезжают родители и друзья. Одних забирают домой на два дня, с другими просто общаются и гуляют в парке вокруг.

В чем минусы такой интеграции и реабилитации? Нет импровизации, нет всестороннего развития инвалида, как личности, нет смысла бороться за свое место под солнцем. Все обучение узконаправленное, никаких личных отношений. Случаи, когда инвалиды на Западе создают семьи и рожают детей, встречаются нечасто. Немалую роль в этом играет ювенальная юстиция.

В инвалидах, тем самым, убивают характер, личность, человека. Им постоянно показывают их место, хотя и говорят, что западное общество — для инвалидов. И когда появляется кто-то яркий, неординарный с железным характером бойца, он моментально становится знаменитостью, им все восхищаются.

Но основная масса людей с инвалидностью живет, ничего не требуя, по накатанной дорожке, где «шаг вправо—шаг влево» встречает непонимание у членов общества.

Российская система интеграции и реабилитации

В России все совершенно иначе. Россиянам ближе венгерская система реабилитации и адаптации инвалидов к жизни в обществе. В Венгрии инвалид должен самостоятельно интегрироваться и адаптироваться в общество. Ему надо многое знать и уметь, чтобы чего-то добиться, и достичь каких-то вершин. Трудности закаляют таких людей, а отношение как к равным, подстегивает идти к цели.

В Венгрии инвалидов, имеющих работоспособные конечности, учат максимальной самостоятельности: одеваться, есть, ходить, не приспосабливая под себя ложки, лестницы и тротуары. Учат подниматься и спускаться по лестнице, ходить на дальние расстояния, управляться с обычной ложкой и застегивать пуговицы без чужой помощи.

В выпускных классах обычной школы ученикам с ограниченными возможностями подбирают занятия по душе и уму и обучают их за счет образовательного учреждения. Кстати, в школах нет специальных курсов и предметов для инвалидов — они учатся вместе со всеми по тем же общеобразовательным программам и в школах, и в вузах. И это правильно, потому что позволяет им развиться всесторонне.

Они вступают в жизнь уже подготовленными людьми, если этому не препятствуют их родные. Таким образом, инвалиды могут стать нормальными, интеллектуально развитыми, интересными людьми. Главное — не ограничивать инвалидов в умственном развитии и не относиться к ним как к детям, не жалеть, а уважать их мнение и прислушиваться к нему.

Личный опыт

Можно сказать, что я сделала себя сама. Да, родители заложили фундамент, дали мне хорошее образование, привили любовь к русскому языку, истории и литературе, но никогда не верили, что из меня что-то получится. Однако мне с детства было интересно писать рассказы и рисовать, а от лошадей я, вообще, была без ума. Но, как личность, я состоялась примерно в возрасте 20 лет.

Я побывала в Германии, Франции, Англии и Венгрии. В Германии и Франции к инвалидам относятся свысока, как к детям. Не как к равным, а как умственно отсталым. Такое отношение существует ко всем инвалидам.

Но жалость противна, я же никогда не считала себя инвалидом. Да были те, кто относились ко мне, как к нормальной девушке, но таких людей было мало, очень мало.

В основном там люди относятся к инвалидам, как к неразумному ребенку: и вроде жалко, и надо учить.

А в Венгрии с методистами мне было интересно разговаривать. Они относились ко мне на равных, как к абсолютно нормальной девушке, рассказывали про особенности моей болезни, объясняли, что и как надо делать, затрагивая самые интимные детали. Самое главное, что они верили в то, что я могу многого добиться.

Именно это помогло мне в становлении личности: я стала журналистом, художником и пошла в конный спорт. Везде я прокладывала путь себе без помощи родителей — они лишь узнавали о моих результатах. Моя самостоятельность и упрямство помогли стать тем, кем я являюсь: выйти замуж, родить детей, стать именитой спортсменкой.

А главное, изменить отношение к инвалидам в отдельно взятом, моем маленьком городе Троицке.

Реабилитация инвалида должна быть комплексной: и физической, и умственной. Но самое главное — отношение к нему окружающих. От этого может зависеть очень многое: и настрой человека с ограниченными возможностями здоровья, и желание жить, развиваться дальше. Ведь возможности инвалида ограничены лишь на бумаге, на самом деле они безграничны. Вперед, только вперед!

Пройдите тестВаш персональный IQ здоровьяПройдите этот тест и узнайте, во сколько баллов – по десятибалльной шкале – можно оценить состояние вашего здоровья.

Источник: https://MedAboutMe.ru/zdorove/publikacii/stati/sovety_vracha/reabilitatsiya_invalida_na_zapade_i_v_rossii_lichnyy_opyt/

Марина Сурыгина: Обходить стороной: почему в XXI веке в России к людям с ограниченными возможностями до сих пор относятся, как к прокаженным

Жалеем, но не принимаем Конечно, сегодня инвалидов на площадях камнями не закидывают, но «специфическое»…

Жалеем, но не принимаем

 Конечно, сегодня инвалидов на площадях камнями не закидывают, но «специфическое» отношение к этой категории граждан в обществе существует до сих пор. Люди испытывают к ним жалость, презрение или вообще предпочитают не замечать — отводят глаза, копошатся в телефонах.

Общество готово «шерить» душещипательные истории инвалидов в социальных сетях, призывать ставить «лайки» в поддержку, даже бросать монетки им возле метро — но не более. Непосредственная же коммуникация с ними, как правило, ограничивается косыми взглядами и перешептыванием за спиной.

И ведь нельзя сказать, что в социуме к людям с ограниченными возможностям плохое отношение — оно просто никакое: мы вспоминаем об их существовании только тогда, когда видим.

 Показательным стал случай, произошедший с младшей сестрой супермодели Натальи Водяновой. Девушку, страдающую аутизмом, выгнали из кафе в Нижнем Новгороде, поскольку она своим непривлекательным видом отпугивала посетителей. Хозяин заведения вызвал полицию, которая сопроводила сестру Водяновой в отделение.

 В нашей стране люди с ограниченными возможностями всегда выделялись в особый класс — класс «убогих». Еще Петр I регулировал отношение к ним в своей политике, издавал специальные указы. По ним, население должно было относиться к этой категории граждан с жалостью, подавать им милостыню.

Однако с тех пор прошло уже несколько веков, а отношение общества к людям с ограниченными возможностями практически не изменилось: в сознании большинства до сих пор живет эта самая жалость, которая мешает увидеть в инвалидах обычных людей.

Для общества они всегда будут неполноценными — недолюдьми, которым вроде бы и нужно помогать, но делать это издалека, ни в коем случае не приближаясь, ведь вдруг от них можно чем-то заразиться! И то, что потеря конечностей, слепота или глухота не заразны — совершенно не важно.

В умах людей веками формировалось определенное стереотипное отношение к инвалидам, от которого невозможно избавиться за один момент.

 Человек, ставший инвалидом или бывший им с рождения, тут же выпадает из общества, скатываясь на его обочину, откуда, по общественному мнению, может разве только просить подаяния, выставляя свой недуг всем напоказ. Это своеобразный пережиток культуры площади, которые раньше были центрами народной жизни.

Люди приходили туда не только за товаром, но и за развлечением. Телевизоров и кино тогда не было, поэтому на казни, на убогих и прокаженных можно было посмотреть только там. Сегодня подобными площадями являются метро и вокзалы, куда «убогие» до сих пор приходят в поисках подаяния.

У многих просто нет другого выбора — это единственная работа, на которую инвалидов берут с радостью. (Статистика опросов социологов и общественных организаций разнится по цифрам, но в среднем из общего числа трудоспособных инвалидов работают примерно 20%).

Получается, что с древнейших времен, по сути, отношение к людям с ограниченными возможностями практически не изменилось: большая часть нашего общества до сих пор относится к ним, как к прокаженным, считая, что их место на той самой «площади».

 Западный опыт

 Совершенно иначе обстоят дела на западе, где людей с ограниченными возможностями из среды обычных людей никак не выделяют. Для них оборудованы специальные парковки, туалеты, скаты возле ступенек, для того, чтобы город, в котором они живут, оставался для них удобным, не превращался в непроходимые джунгли.

Человек, ставший инвалидом, не перестает социально существовать — его жизнь просто меняется. Во многом это происходит благодаря социальным условиям, высокой пенсии, льготам. Значимую роль также играет и менталитет: на западе принято не унывать в любой ситуации.

 Очень показателен пример австралийского проповедника Ника Вуйчича, который с рождения был лишен всех четырех конечностей. Однако это не помешало ему стать мотивационным оратором, прославиться на весь мир, жениться и завести двух абсолютно здоровых детей.

Однако Нику посчастливилось родиться в Австралии, где он, несмотря на свои физические недостатки, посещал обычную школу, учился плавать, читать и писать на равных со здоровыми детьми.

Читайте также:  Врожденные пороки развития: виды и причины их возникновения

Стоит вспомнить того же Стивена Хокинга, который, прикованный к инвалидному креслу практически всю жизнь, сумел сделать открытия, перевернувшие привычные представления о физике, космосе и жизни в целом.

 В то же время, в России любые удары судьбы воспринимаются очень трагически. Однако непосредственной вины наших граждан в этом нет. Дело в социальной политике.

У нас, конечно, людям с ограниченными возможностями помогают, создавая те же самые парковки, скаты, туалеты, однако это все происходит как-то без души, сквозь пальцы, без участия граждан.

Получается, что формальности законодательства соблюдены, но на отношение общества к инвалидам они никак не влияют. Да и к тому же, парковки эти, скаты и туалеты настолько единичны, что их при свете дня с собаками не найти.

Да и удобство их оставляет желать лучшего: скаты для колясок — настоящие «американские горки», туалеты — если и есть, то грязные, парковочные места почти всегда заняты здоровыми гражданами. Формально все есть, а на практике — нет ничего.

 Глухие — особая категория инвалидов

 Как ни странно, но чем меньше физический недостаток, тем сложнее с ним жить. Такая «почти» формальность зачастую вводит людей в депрессию. В первую очередь, это касается глухих.

Глухие люди — это особая категория инвалидов, которая не причисляет себя ни к сообществу всех инвалидов, ни к сообществу нормальных людей, поскольку ни с теми, ни с другими они не могут общаться из-за отсутствия или слабого слуха. А находиться в информационном вакууме для них — просто ужасно, сравнимо с социальной смертью.

Поэтому часто глухие себя противопоставляют всему окружающему миру – везде слышащие и общающиеся речью люди, только они одни в стороне. Таким образом, несмотря на свою кажущуюся физическую нормальность, глухие люди часто страдают больше остальных инвалидов: половина информации, которая существует в мире, остается для них недоступной — музыка, танцы, кино.

Вы просто представьте на секундочку, что вокруг тишина — ни шума машин, ни гула толпы, ни даже звука собственного голоса.

Люди вокруг о чем-то разговаривают, над чем-то смеются, их глаза излучают радость, а вы не понимаете, почему — вы словно иностранец в своей собственной стране: вроде бы и рядом с ними, но так безнадежно далеко! Только подумайте, насколько одиноким чувствует себя такой человек.

 Интернет, конечно, помогает заполнить этот информационный вакуум, но не в полной мере. Для глухих людей по-прежнему остаются недоступны музыка и кино. А ведь кино – одно из величайших искусств современности.

 Я не понаслышке знаю, как сложно живется глухим и слабослышащим людям: проблемы со слухом у моей тети — последствие скарлатины, которой она переболела в военном детстве. Мы всей семьей долгое время уговаривали ее купить слуховой аппарат, однако она отказывалась: боялась, что окружающие станут относится к ней иначе, увидят ее недостаток.

Я помню, как она расстраивалась, что часто не понимает происходящего вокруг, не успевает за ситуацией, как ждала новостей с бегущей строчкой внизу, чтобы хоть как-то оставаться в курсе событий. Со временем мы все-таки убедили ее в том, что глухота — это не порок, и стесняться ее совершенно не нужно, ведь тетя не виновата, что стала такой.

В итоге она согласилась на слуховой аппарат — и жить стало намного проще.

Однако он может помочь далеко не всем, и многим людям приходится жить в этом информационном вакууме, в этой тишине всю жизнь.

Когда я осознала всю боль и бесконечное одиночество, которое ожидает таких людей в жизни, то невероятно сильно захотела помочь глухим людям социализироваться, показать им, что они не одиноки, что этот мир такой же их, как и наш.

Я поделилась своими мыслями с коллективом Tvzavr.ru — и они меня поддержали: мы решили на базе нашего раздела «Фильмы с субтитрами» создать платформу для глухих и слабослышащих людей.

В предыдущей компании, где я работала, мы уже делали проект для глухих — обучающий интерактивный спецтелефон для связи, однако на этот раз, я решила сделать проект социальным, обратить внимание на ту часть жизни глухих и слабослышаших людей, о которой, обычно, мало кто задумывается.

За помощью и консультацией мы обратились во Всероссийское общество глухих — они нашу идею очень поддержали, даже захотели поучаствовать в проекте, поскольку в России подобных предложений крайне мало. Так совместно с ВОГ Tvzavr.

ru разработал социальный проект «Кино равного доступа», благодаря которому у глухих и слабослышащих людей появилась возможность приобщиться к информации, ранее для них закрытой — к фильмам.

Люди с нарушением слуха горячо участвовали в подготовке проекта, его социальной рекламной кампании, сейчас они активно участвуют в отборе контента для раздела. Таким людям очень важно, чтобы их услышали, чтобы к их мнению прислушались. И мы прислушались.

Теперь члены ВОГ могут смотреть шедевры кинематографа с субтитрами на сайте нашего онлайн-кинотеатра совершенно бесплатно. Все, что для этого нужно — это обратиться в ближайшее отделение ВОГ, взять там один из 85 тысяч промо-кодов и активировать его на сайте Tvzavr.ru. После этого они смогут смотреть все фильма раздела совершенно бесплатно в течение 3 месяцев.

 Я думаю, не случайно проект «Кино равного доступа» получил премию Рунета в номинации «Государство и общество». Это должно значить, что общество начало прислушиваться к категории людей с ограниченными возможностями. Сейчас проект живет и развивается. Еще будет проведено много совместных онлайн и оффлайн мероприятий, раздел будет наполняться новыми фильмами.

 Мы обратились к проблеме досуга глухих не случайно. На наш взгляд, она является одной из ключевых на пути к переориентации отношения общества к людям с ограниченными возможностями. Это еще одна ступень на пути к смыванию границ между «нами и ними», шаг к разрушению стереотипа об инвалидах, как о недолюдях, преодоление этой бесполезной жалости, пережитков площадной культуры.

С помощью кинематографа они смогут научиться лучше понимать обычных людей, их эмоции, получат новые знания о мире. Это очень важно для того, чтобы вписаться в общество, перестать быть для него чужим.

Зачастую к глухим людям относятся, как к неадекватным, потому что они ведут себя несколько странно.

Однако причины здесь вполне просты: глухой человек из-за недостатка информации вынужден добирать ее зрительно, поэтому часто оценивает ситуацию не совсем точно, поскольку во многом ее приходится додумывать. Отсюда и неоднозначность поведения.

Кинематограф же помогает глухим людям избегать подобных ситуаций, лучше понимать окружающий мир. Поэтому возможность смотреть фильмы может существенно облегчить жизнь глухих, предоставив им тот эмоциональный и жизненный опыт, который они не могут получить ввиду своего физического недостатка.

 На дворе 21 век, технологии достигли такого уровня, что уже не важно, какой ты «с виду», главное — как хорошо работает твоя голова. Пора этому принципу установиться не только за рубежом, но и в России. Ведь только глухих и слабослышаших людей здесь 13 млн, что составляет почти население Нидерландов. И не замечать всех их уже становится слишком заметно.

Марина Сурыгина, генеральный директор онлайн-кинотеатра Tvzavr.ru

Источник: https://snob.ru/profile/29895/print/101107

Как относятся к инвалидам за рубежом?

В последнее время стало моветоном заграницу хвалить. Вслед за известным сатириком многие грудью ложатся на амбразуру, чтобы защитить все наше, отечественное, вне зависимости от того, хорошее оно, это «наше», или нет.

Недавно даже прочитала очередную статью о «плохой Америке», где автор пишет, насколько ему дорого наше хамство, т. к. оно искреннее, от души, не чета американской притворной улыбке.

Про улыбку, и как она влияет на здоровье, если видеть ее чаще, чем нам удается в повседневной жизни, можно будет поговорить в другой статье. А здесь речь пойдет о том, чего так недостает нашему неулыбчивому обществу — о правильном отношении к инвалидам.

Первое впечатление за рубежом: инвалидов там крайне много! Это бросается в глаза, мы не привыкли к такому количеству людей в колясках у себя на родине. Однако сразу понимаешь, что и у нас их не меньше, но мы почти не видим их по другой причине.

В Европе и Америке их не считают людьми второго сорта, ибо о них позаботилось их государство, предоставив все возможности жить если не полноценной, то максимально приближенной к таковой, жизнью.

Для того, чтобы человек с ограниченными физическими возможностями не чувствовал себя ущемленным, мог самостоятельно выходить из дома, делать покупки, гулять и дышать свежим воздухом, даже заниматься спортом в меру доступного, все продумано до мелочей. Всюду пандусы, будь то жилой дом, супермаркет или любое другое учреждение.

У тротуаров на перекрестке скошен бордюр, чтобы можно было съехать на коляске, не подпрыгнув до зеленого огня светофора. Вы не найдете многоквартирного дома без лифта, а также не найдете с таким лифтом, в который не поместится коляска.

Если же лифта все же нет в силу малоэтажности, то помимо лестницы предусмотрен пандус для коляски.

В тех общественных местах, где двери открываются вручную, рядом непременно есть еще одна, с кнопкой как у дверного звонка на соседней стене, но на расстоянии вытянутой руки, доступном для сидящего человека. Подкатил инвалид на своем транспортном средстве, нажал, и именно эта дверь откроется автоматически.

Вы не поверите, но даже в примерочных магазинов одежды, где все кабинки стандартного размера, у самого входа (чтобы не искать в глубине) располагается более просторная, со знаком как на картинке, куда свободно может въехать инвалидная коляска. Инвалид, как и любой другой человек, имеет право примерить обнову перед покупкой, но кроме права, он еще имеет такую возможность.

Поражают парковки. В особо оживленные часы посещения супермаркетов с местами для машин туговато, особенно в непосредственной близости ко входу в магазин. Но именно там, у входа, целый ряд свободных машиномест, и ни одна душа, способная самостоятельно передвигаться на своих двоих, и не подумает ставить туда свое авто.

Говоря об отношении к инвалидам, хочется отметить еще и эту характерную черту: не только государство обеспечивает инвалидов удобствами в местах общего пользования, но и люди, здоровые люди, соблюдают все те правила, которые предусмотрены для облегчения жизни людей не очень здоровых.

Я еще не сказала, что у этих свободных машиномест стоит специальный знак, свидетельствующий о том, что места предназначены для инвалидов?

«Инвалидные» знаки на стоянках присутствуют повсюду: во дворах и на улице, возле театра, кино, у садов и парков — везде человек, не имеющий возможности передвигаться самостоятельно, может рассчитывать на то, что о нем подумали и его ждут.

В довершение хочу добавить, что все вышеперечисленное в равной степени относится и к людям с детьми — с детской коляской на Западе вы также сможете попасть куда угодно.

Мы можем бить себя в грудь, утверждая, что мы самые искренние, самые сердечные, самые гуманные, последней рубахой поделимся в случае чего, не то, что эти буржуи со своей голливудской улыбкой. Только отчего-то грустно становится, когда подумаешь, по какой причине не видно инвалидов на наших улицах…

Нет, все же патриотизм заключается не в слепой защите всего «своего», а в желании выявить в этом «своем» негативное, и постараться его изменить.

По материалам Shkolazhizni.ru

Источник: http://hr-portal.ru/article/kak-otnosyatsya-k-invalidam-za-rubezhom

Собкоры «РГ» рассказали том, как заботятся об инвалидах за рубежом

Случись вам путешествовать по Британии, вы непременно обратите внимание, как мало на ее городских дорогах подземных переходов.

Проблем с тем, как перейти улицу, между тем нет — все они буквально исполосованы «зебрами». А для водителей и пассажиров наземного транспорта — это ночной кошмар. Движение практически стоит, терпеливо ожидая, пока пешеход неторопливо пересекает улицу.

«Вы что, не в состоянии понастроить подземных переходов?» — не без упрека в голосе спросила я работника местного муниципалитета, пожаловавшего в мой дом с анкетой «Как жители района Вестминстер оценивают транспортные удобства Лондона». — «Мы очень даже в состоянии, — ответил чиновник. — Но зачем же осложнять и без того нелегкую жизнь инвалидам?»

Читайте также:  Сахарный диабет у ребёнка с особенностями психофизического развития

Мне стало неловко. Об инвалидах, для которых наземный переход, очевидно, удобнее, я и в самом деле как-то не подумала.

Между тем именно с думы о них и начинается на Альбионе практически любой проект, связанный с транспортом и градостроительством, сферой обслуживания и социальной помощью.

В Британии сегодня насчитывается примерно 10 миллионов инвалидов — это шестая часть населения страны. И именно им уделяется в этой стране первоочередное внимание и забота.

Все британские городские автобусы оснащены платформами, по которым без труда в салон поднимаются инвалиды и мамаши с детскими колясками.

Отец подруги недавно перенес инсульт и теперь прикован к инвалидному креслу. Живут они в старинном двухэтажном доме с узкими крутыми лестницами. Спальня мистера Питера Фаррелла — на втором этаже. Стало быть, вниз он уже не спускается? Как бы не так. На моих глазах мистер Фаррелл лихо съезжает вниз на своем кресле с помощью специального подъемника.

Надо заметить, что инвалидные кресла модернизируются в Британии с невиданной скоростью. Так, два года назад инженер Майк Спиндл придумал уникальный «внедорожник» для инвалидов, который преодолевает самые сложные поверхности, да к тому же оборудован зонтиком. Запросы на это кресло приходят со всего мира.

Туалеты для инвалидов в Британии оборудованы массой новейших специальных приспособлений, помогающих ограниченным в мобильности людям. Эти специальные туалетные комнаты имеются в каждом мало-мальски крупном супермаркете, во всех местах общественного пользования и даже в служебных офисах.

И это неудивительно: примерно 19 процентов всех работающих британцев имеют инвалидность. Еще 13 лет назад дискриминация при приеме инвалида на работу была в Британии фактически узаконена.

Однако в 1995 году к этому закону была принята поправка, серьезно затруднившая работодателю отказ соискателю-инвалиду.

Ежегодно в Британии выплачивается пособий по инвалидности на сумму примерно 19 миллиардов фунтов стерлингов (34 миллиарда долларов). Инвалидов обеспечивают скидками на лекарства, на обслуживание у дантиста, приобретение кресел-колясок, слуховых аппаратов. Автомобильные парковки для инвалидов бесплатны.

Что касается казенных домов для инвалидов, то они частично содержатся на средства бюджета местного муниципалитета, а остальное оплачивает сам инвалид. Оплачивает своей пенсией, которая вносится в счет его содержания.

Из пенсии на личные нужды инвалиду оставляют при этом довольно скромную сумму — 19,6 фунта в неделю.

Однако если о щедрости материальной поддержки британского инвалида еще можно поспорить, то щедрость поддержки моральной — выше всяких похвал. Инвалид не рассматривается обществом как «сирый и убогий».

Его активно принимают в игру на равных, поощряя преодолевать те барьеры, которые поставили перед ним природа, болезнь или несчастный случай. Неудивительно поэтому, что именно Британия заложила основы паралимпийского движения: к лондонской Олимпиаде-1948 были приурочены так называемые Stoke Mandeville Games (по названию известной клиники).

В этих Играх впервые приняли участие спортсмены на инвалидных колясках. Вдохновителем таких соревнований стал врач сэр Людвиг Гутманн.

На Паралимпийских играх в Пекине команда Британии заняла второе место, выиграв 102 медали, из них 42 золотые. В 2005 году впервые в истории парусного спорта полностью парализованная женщина британка Хилари Листер пересекла Ла-Манш. Парусным шлюпом 33-летняя Хилари управляла с помощью электронной системы, которая реагирует на дыхание.

А два с половиной года назад британские инвалиды в очередной раз удивили мир. Прославленный своими исследованиями происхождения Вселенной физик-инвалид Стивен Хокинг совершил полет на специально сконструированном самолете, чтобы испытать состояние невесомости.

С юности страдающий рассеянным склерозом и прикованный к инвалидному креслу, Стивен Хокинг намерен в самое ближайшее время сделать еще один беспримерный шаг — отправиться в космос.

Дерзновенному ученому обещано место на туристическом корабле, который готовит в полет британский миллиардер Ричард Брэнсона.

Источник: https://rg.ru/2008/11/10/invalidy.html

Рейтинг стран, наиболее удобных для колясочников

Одна из наиболее симпатичных черт современного мира – все бОльшие возможности для людей с ограниченными физическими возможностями. Они сегодня могут вести очень активную жизнь – работать наравне с обычными людьми, путешествовать.

И, конечно, приобретать недвижимость – в том числе и за границей. Где лучше всего это сделать, какие страны могут быть признаны наиболее дружественными для данной категории покупателей – с этими вопросами мы и решили разобраться.

Европа и Ко

Ответы на обозначенные выше вопросы оказались вполне прогнозируемыми. «Рейтинги государств, удобных для проживания инвалидов, составляются регулярно, и фигурирующие в них страны различны, — сообщил «Журналу о недвижимости MetrInfo.

Ru» Станислав Зингель, президент международного агентства недвижимости Gordon Rock. – Вместе с тем в подавляющем большинстве исследований лидируют Германия, США, Австралия, Великобритания, Швеция, Италия, Франция, Испания и Чехия».

С этим мнением соглашается и Наталья Завалишина, генеральный директор компании «Distant Property Management». «Больше внимания инвалидам уделяется в наиболее развитых западных странах, — отмечает эксперт. – В их числе можно выделить США, Германию, Швейцарию, Великобританию, Голландию».

Максим Клягин, аналитик УК «Финам Менеджмент», рекомендует добавить в список Скандинавские страны «с их мощной системой создания общественных благ и социальной поддержки граждан, финансируемой за счет эффективного распределения сырьевых доходов и высоких налогов».

В общем, речь идет о «большой Европе» — странах, либо непосредственно находящихся на европейском континенте, либо построенных европейцами по европейским же лекалам. К таковым мы смело можем отнести США и Австралию.

Инфраструктура и финансовые льготы

Меры, принимаемые в данных странах, многочисленны и разнообразны. «Инженерная, транспортная инфраструктура, рынки недвижимости и социальные службы в этих государствах максимально адаптированы для использования инвалидами», — говорит Станислав Зингель (Gordon Rock). Среди наиболее частых из них эксперт называет следующие:

— специально оборудованные для заезда «колясочников» все виды общественного транспорта;

— в местах массово-зрелищных мероприятий и социальных учреждениях, как правило, оборудуются специальные места с соответствующими подъездами;

— информационная инфраструктура. В данном контексте речь идет о всевозможных ресурсах – от сдачи в аренду специально оборудованного жилья до вызова на дом сиделки, врача и социального работника.

Частным примером подобного ресурса является раздел сайта правительства Великобритании, где содержится информация о государственной поддержке инвалидов www.gov.uk/browse/benefits/disability.

При этом услуги предлагаются по приемлемым ценам.

Ключевые объекты транспортной и инженерной инфраструктуры приспособлены для нужд людей с ограниченными возможностями, продолжает Станислав Зингель. Причем, как правило, чем новее объект, тем лучше он адаптирован.

Усовершенствования делаются до такой степени, чтобы можно было самостоятельно без посторонней помощи воспользоваться всей необходимой инфраструктурой.

Возникающие же порой сложности устраняются специально обученным персоналом и благожелательно настроенными гражданами.

Дополняется этот перечень (на наш взгляд, и так внушительный) различными финансовыми льготами для инвалидов. Например, в Великобритании предусмотрена одноразовая выплата в размере £120 для вакцинации от отдельных видов болезней; еженедельные выплаты для оплаты гигиенических процедур; содействие в аренде автомобиля. В США действуют шесть различных программ, помогающих в приобретении жилья.

…А теперь несколько зарисовок по отдельным странам, информацию по которым предоставили опрошенные нами эксперты.

Франция

В этой стране, рассказывает Юлия Дезарно, представитель французского департамента агентства Dom-International Ltd, действуют законы 2005 года о занятости инвалидов и 2001 года о социальной модернизации. В соответствии с ними существуют обязательные нормы по проектированию и строительству зданий: дома и квартиры снабжаются широкими лифтами и дверными проемами, пандусами.

Действует ряд законодательных мер по обеспечению доступа к официальным и культурным учреждениям, клиникам, местам торговли. Городские автобусы оснащаются специальными зонами для колясочников, удобными поручнями, подъемниками, информационными табло.

Абсолютно бесплатно предоставляются индивидуальные транспортные услуги в лице службы социального такси, микроавтобусов со специально оборудованными подъемниками.

Что касается жилья, то согласно французскому законодательству помощь по обеспечению социальным жильем предоставляется непосредственно всем инвалидам.

Как отмечает Юлия Дезарно, в этой области существует целый ряд льгот: они имеют право на получение социального жилья, на частичное освобождение от оплаты налогов и коммунальных платежей, на определенную компенсацию стоимости квартплаты и на некоторые надомные социальные услуги.

Например, на доставку продуктов питания, на бесплатное медицинское обслуживание на дому и на помощь в ведении домашнего хозяйства.

Несколько лет назад началось массовое строительство жилых комплексов для пожилых людей и инвалидов. Возводят ЖК крупные строительные компании в тесном сотрудничестве с государственными социальными службами.

Это, как правило, инвестиционные проекты с последующей сдачей в аренду приобретенной квартиры.

Комплексы разделяются на несколько типов в зависимости от состояния здоровья, встречаются комплексы с независимым проживанием, с проживанием с частичным уходом или с профессиональным уходом.

Такие дома оборудованы более широкими лифтами и коридорами, в них предусмотрен ряд общественных функций, таких как общий зал для отдыха, ресторан, специализированный спортзал, бассейн, парк для прогулок. Здесь располагаются медицинские кабинеты, кабинеты физической терапии и социальной опеки (обеспечение продовольствием, пенсией, помощь на дому).

Великобритания

Эта страна – лучшая для инвалидов, убежден Евгений Спрингис, директор инвестиционного департамента компании Dom International Ltd. (London). Такой вывод эксперт делает на основании анализа множества факторов:

— наличие парковочных мест у магазинов, больниц и т.д.;

— доступ в метро;

— специально оснащенные автобусы;

— законодательно установленные требования по предоставлению рабочих мест.

В Великобритании, продолжает Евгений Спрингис, во всех крупных магазинах обязательно есть специальные лифты и туалеты.

Если в магазине не предусмотрен доступ для колясочников (из-за невозможности возведения в связи с недостаточным местом), то в таких магазинах есть специальные пластиковые рельсы и предоставляется помощь при подъеме или же есть маленький лифт.

Строители обязаны делать пандусы для колясочников, в случае приобретения дома или же квартиры в здании государство обязано сделать пандус или же лифт для коляски.

Сегодня в Британии насчитывается порядка 10 млн инвалидов – это примерно шестая часть населения страны. На выплату им пособий ежегодно государство тратит около £19 млрд. Помимо этого, им положены скидки на лекарства, на обслуживание у дантиста, на приобретение кресел, слуховых аппаратов. В случае необходимости предоставляется бесплатный уход.

Германия

Практически во всех немецких городах инфраструктура полностью приспособлена для инвалидов (колясочников, незрячих): пандусы, лифты, подъемники в общественном транспорте, специальные датчики движения и звуковое сопровождение пешеходных переходов. Кафе, магазины и аэропорты также доступны для людей с ограниченными возможностями, — комментирует Игорь Индриксонс, управляющий инвестициями в недвижимость и основатель компании Indriksons.ru.

В Германии, если человек с ограниченными возможностями не в состоянии работать, существует возможность получения пособия по инвалидности. В этом же случае государство покрывает арендную плату за жилье.

При условии работы инвалида ему предоставляется не только специально оборудованное рабочее место, но и личный автомобиль или оплаченный проезд до места службы.

Тяжелые инвалиды, степень утраты трудоспособности которых составляет более 50%, получают право на налоговые льготы.

Португалия

В этой стране, говорит Михаил Чулков, гендиректор агентства по продаже и аренде недвижимости MICHAEL & JENEVA Portugal Property, много делается для интеграции в жизнь людей с ограниченными возможностями – «безбарьерная среда» в городах, выделенные парковочные места.

Кроме этого, продолжает эксперт, в настоящий момент парламент обсуждает законопроект, который позволит инвалидам получать льготные проценты по ипотечным кредитам, а также устранит необходимость для них страховать жизнь при получении ипотечного кредита – это составит немалую экономию.

И еще одна деталь: в Португалии существует Ассоциация серферов с ограниченными возможностями. Колясочники тоже занимаются серфингом, катаются на волнах, а им помогают добровольцы-волонтеры из числа тренеров по серфу, спортивных врачей и простых людей. Это единственная подобная негосударственная организация в Европе, еще одна есть только в Бразилии.

Резюме от журнала www.metrinfo.ru

Как видим, удобными для людей с ограниченными возможностями оказались те же государства, что и «удобные вообще» — те, где существует прозрачный и предсказуемый рынок недвижимости, соблюдаются законы, защищаются права инвесторов. Это совсем не удивительно: там, где спокойно и удобно жить всем гражданам вообще, удобно и инвалидам тоже.

Мнение эксперта

Полина Малышева, генеральный директор Premium Group:

В Черногории есть замечательное место: Игало, район Герцег-Нови. Там с социалистических времен сохранился санаторий – Институт Симо Милошевича.

В нем отличные доктора и хорошая лечебная база для лечения и реабилитации опорно-двигательного аппарата. В Игало очень многое приспособлено под «колясочников»: прямые дороги, съезды с тротуаров, пандусы.

Покупатели-инвалиды приобретают квартиры именно в этом регионе.

Владимир Абгафоров

Источник: https://dislife.ru/articles/view/32556

Как и почему люди с инвалидностью уезжают из России

Люди, не сумевшие получить в России помощь для себя или своих детей, рассказывают о том, как изменилась их жизнь после переезда, на какую помощь они могут рассчитывать в новой стране проживания и планируют ли вернуться обратно

Спинально-мышечная атрофия Верднига — Гоффмана — довольно редкое генетическое заболевание, хотя я знаю многих людей из России и Белоруссии с таким же недугом. Оно стало проявляться с самого рождения: я не ползала, не могла стоять и ходить. Мышцы не развивались нормально и очень быстро теряли силу. Это заболевание до сих пор считается неизлечимым.

Читайте также:  Почему мой ребенок убегает?

Я не была в России, но общалась с российскими инвалидами-колясочниками. Судя по их комментариям, условия жизни для инвалидов в России и на Украине довольно схожи. На бумаге есть реабилитационная карта, которую выдают на два года, но на практике по этой карте мне выдали только приспособление для туалета.

У меня простейшая коляска, больше напоминающая детскую. Сама я ею управлять не могу. Никаких курсов массажа или физиотерапии — ничего не было. По закону людей с первой группой инвалидности не трудоустраивают, а еще неохотно берут в учебные заведения.

В 1997 году мои документы отказывались принимать в университет. В сознании людей укоренился стереотип, что человеку с инвалидностью не нужны образование, семья и дети. Приходилось слезно умолять, чтобы зачислили в университет, даже предлагать взятки. К счастью, нам попался хороший ректор.

Он принял меня вне конкурса на факультет лингвистики, на заочную форму обучения.

Мы доплачивали университету, и я занималась на вечернем, потому что иностранные языки выучить заочно все-таки сложно. Мама несколько раз в неделю возила меня на учебу.

Кафедра иностранных языков располагалась на третьем этаже, лифта, конечно, не было, только огромные лестницы. Постоянно просили парней-студентов поднимать и спускать меня вверх-вниз.

Так и прошли шесть лет, а в результате — красный диплом и специальность, которой я зарабатываю деньги (Елена — преподаватель английского и немецкого языка. — Прим. ред.).

В городе было много центров инвалидности, куда меня приглашали на различные мероприятия, но я их избегала. Мне не хотелось находиться в обществе больных людей. Большинство инвалидов ходят только туда и общаются с себе подобными. Человек с инвалидностью должен сам решать, с какими людьми ему общаться.

Донецк позже стал относительно приспособлен для инвалидов — с подачи Евро-2012. Пошел наплыв иностранцев, пустили общественный транспорт для инвалидов, сделали съезды на центральных улицах — как в России адаптировали Сочи к Олимпиаде.

Говорят, построили роскошные аэропорт и вокзал, но я не успела там побывать — все разбомбили.

С мужем познакомились случайно в интернете. Через полгода решили встретиться, а еще через год — поженились. Он переехал ко мне летом 2013 года, и в этот же год началась война.

В мае прошлого года у нас родилась дочка — и буквально через несколько дней началась бомбежка в Донецке: над роддомом летали истребители, автоматчики вокруг… Было очень страшно. Мы бросили все и сели на автобус в Одесскую область к родственникам.

Но и там нормальной жизни не было: у мужа и дочки — российское гражданство, никто нам был не рад.

Я чувствовала себя врагом в своей стране, и все осторожно намекали: «Ты же теперь россиянка, уезжай отсюда!» В Одесской области окончательно добил звонок из СБУ (Служба безопасности Украины) с приглашением моего мужа на встречу. Я выхватила трубку и сказала, что он никуда не пойдет — у него жена-инвалид и маленький ребенок. Тогда было много проверок СБУ: люди уходили и не возвращались.

В это же время мне написала подруга из Москвы. Она предложила переехать к ней или разместиться в пустующей квартире в Турции. Об эмиграции я и раньше задумывалась, но происходящее подтолкнуло к этому шагу. Я понимала, что моя мама преклонного возраста и скоро не сможет мне помогать.

Задумывалась о европейских домах инвалидов, потому что на Украине в таких учреждениях люди попросту не выживают. Турция привлекла меня с первого визита в 2006 году: там было относительно недорогое жилье, позволяющее получить вид на жительство, хороший климат и толерантное отношение к инвалидам.

В Турции никто не разглядывает тебя на улицах и не тыкает пальцем на пляже. Сейчас мы живем в Аланье — и здесь действительно хорошо.

Мы нагуливаем по 6 км, и на пути не встречается ни одной ступеньки! Везде есть съезды, даже на пляж, удобный транспорт, рестораны, больницы, торговые центры — все доступно.

Мы купили небольшую квартиру и получили вид на жительство до следующего лета. В Турции пенсия больше, но я смогу на нее рассчитывать только после получения гражданства, а пока мне перечисляют украинские пособия. Для гражданства нужно прожить в стране 5 лет, не выезжая за ее пределы.

В Турции вообще интересная пенсионная система: сама пенсия небольшая, а сумма по уходу за инвалидом — внушительная. Например, я бы могла получить 400 лир, а мой муж — 800 лир. Если переводить в гривны, это примерно 10 тысяч гривен (около 27 000 р. — Прим. ред.). Сейчас у меня пенсия — 1400 гривен, муж получает на меня вовсе смешную сумму — 5 гривен (13 рублей. — Прим. ред.).

Но мы справляемся, я продолжаю преподавать по скайпу, а муж и мама помогают мне и воспитывают дочку.

Наталья Исаева

Москва — Дюссельдорф / Билефельд

Маркус родился обычным ребенком, но часто вздрагивал и плакал. А в четыре месяца у него начался резкий откат в развитии. Врачи прописывали кучу всяких лекарств сразу от всего, но Маркусу становилось только хуже, а нам — страшнее. Мы теряли драгоценное время.

Мы столкнулись с цепочкой врачей-неврологов, которые видели малыша в моменты приступов, но так и не смогли распознать эпилепсию. И только один из частных врачей по описанию симптомов заподозрила синдром Веста — одна из самых тяжелых и резистентных форм детской эпилепсии.

Мы обратились в РДКБ: несмотря на то что это региональная больница, за деньги принимали всех. Это был отличный вариант: рядом с домом, а раз больница региональная, то, наверное, одна из лучших. Я не люблю критиковать работу врачей, потому что психические заболевания действительно самые сложные. Но если сравнивать с больницей в Германии — это был кошмар.

Нам предложили гормонотерапию или сабрил, я выбрала второе. На что врачи тут же сказали, что этот препарат можно купить в Германии, но вот рецепт они выписать не могут — «решайте проблему сами».

В России было очень много сочувствующих врачей: «У вас синдром Веста? Ох, держитесь!» Но этого недостаточно, и это не совсем то, что нужно в такой ситуации. Я хотела лишь выяснить, что с моим ребенком: какие перспективы и как я должна себя вести.

Обычно мне отвечали что-то вроде: «Ну а что мы сейчас вам будем всю неврологию пересказывать?» В Германии мои вопросы не посчитали глупыми.

Врачи подробно объясняли, как работает мозг, откуда приходит эпилепсия: это необходимая работа с родителями, потому что именно мы несем ответственность за ребенка. Родителей особенных детей нужно мотивировать на полноценную жизнь, убедить что это не конец.

Только в Москве я слышала: «Рожайте новых детей, подумайте, нужна ли вам такая жизнь?» После этого мы улетели в Баварию, в клинику «Шон-Клиник Фогтаройт», где врачи смогли остановить приступы эпилепсии.

Последний раз мы были в московской больнице года два назад — лучше там не стало. Возможно, к тому времени мы были испорчены немецкими клиниками, но я искренне не понимаю, почему для нашей страны хорошие условия не являются нормой? За окном прекрасная жизнь — видно «Москва-Сити», — а ты находишься в каком-то хлеву, где из стен торчит арматура.

И это палата в отделении для эпилептиков, где каждый рискует потерять равновесие и упасть. Про санитарные нормы отдельная история: как в XXI веке на огромное отделение может быть один туалет? Невозможные, отвратительные условия. В последний раз мне сказали, что Маркус должен остаться на ночь один. Будь он здоровым мальчишкой, конечно, мог бы спокойно переночевать.

Но он необычный ребенок и не совсем самостоятельный, много вещей он просто не умеет делать в силу своих особенностей. В палате лежал еще один мальчик. Я спросила его: «Слушай, здесь нет кнопки вызова и камер, а что если случится приступ ночью, а вы тут одни?» На что он ответил, что кто-то из них, других детей в палате, должен побежать искать медсестру.

Маленькие дети ответственны за жизни других маленьких детей.

Свитшоты с рисунками Маркуса

1 из 6

В Германии в каждой палате есть кнопка вызова медсестры, в детских палатах — камеры, позволяющие медсестрам наблюдать за детьми ночью, когда они остаются без родителей. У всех кроваток есть защитные барьеры, чтобы при приступе ребенок не упал. Комнаты просторные: и коляска въедет, и ребенку удобно.

Волонтеры регулярно устраивают праздники для маленьких пациентов, а еще обязательный пункт программы — отпустить маму погулять. И это очень здорово, потому что жизнь продолжается, и у родителей должно быть свободное время. В России принято, что мама ради ребенка должна жертвовать в первую очередь собой.

В Москве я получаю пенсию на сына, государство оплачивает нам психолога и логопеда — в этом плане нареканий нет. В Германии ситуация немного другая: ты можешь получать деньги на ребенка-инвалида только в случае, что он требует большего ухода, чем обычный ребенок.

Но мы этим не пользуемся, поскольку наша прописка не считается первым адресом, а Маркус и вовсе числится в российской школе. Но местные дети-инвалиды, конечно, получают пособия. И что важно — выделяется отдельный бюджет на няню, которую родитель вправе выбрать сам.

Полное обеспечение: инвалидные кресла, ортопедическая обувь, реабилитация. Все это предоставляют и в России, но качество уступает.

Если я рассказываю в России, что у сына эпилепсия, сразу встречный вопрос: «А у вас в семье алкоголики или это наследственное?». Немцы с раннего возраста рассказывают детям о толерантности и приучают к благотворительности.

Когда я впервые оказалась в Германии, меня поразило, как много там инвалидов. Только потом я поняла, что они просто не сидят по домам. Наша клиника находится в районе Бетель, город Билефельд. Район удивителен тем, что здесь живут четыре тысячи особых людей, полностью интегрированных в общество.

Например, в доме есть 10 квартир — и 4 из них оборудованы для инвалидов. Мне было странно, когда я села в автобус, а рядом со мной — трое человек в специальных шлемах для эпилептиков. Подумала, что они все из больницы. Местные рассказали, что они здесь живут и к ним все привыкли.

Они стали частью жизни этого района. Да, они могут докучать, но не больше, чем обычные пенсионеры.

Многие дети с особенностями развития очень талантливы. Да, у них мозг работает так, что они не могут завязать шнурки, но могут решить сложную математическую задачу. Нельзя ломать ребенка: если он не может нормально общаться — бог с ним, не стоит тратить на это время, лучше сделать упор на его музыкальные или поэтические способности.

После трех лет синдром Веста сняли, сейчас основные заболевания Маркуса — фокальная эпилепсия и расстройство аутистического спектра. Обычно с такими диагнозами дети очень тяжелые. Но нам повезло: Маркус ходит в школу, пишет, говорит на нескольких иностранных языках и прекрасно рисует.

Он несколько раз участвовал в групповых выставках современного искусства, его работы выставлялись в галереях Германии и России. Недавно дизайнерская компания Craftman заключила с Маркусом контракт и печатает его работы на свитшотах. Это прорыв не только для Маркуса, но и для всех особенных детей.

Он успешный мальчик, а если бы я слушала московских врачей, случилась бы беда.

У нас интернациональная семья, живем на две страны: полгода в Германии в больнице, столько же в Москве. Не знаю уж, сколько мы протянем в таком режиме, но пока нам удается жить на чемоданах.

Ежедневные новости культуры и политики, истории, интервью и проверенные сплетни — в нашем фейсбуке.

Источник: https://daily.afisha.ru/cities/192-kak-i-pochem-lydi-s-invalidnosty-ezzhayt-iz-rossii/

Ссылка на основную публикацию